Лингвистические задачи: девять головоломок, в которых язык надо разгадать

У лингвистической задачи есть свойство, которого нет почти ни у одной другой головоломки: чтобы её решить, не нужно ничего знать. Совсем ничего. Вам дают десяток слов на суахили с переводами — и всё, что нужно для ответа, уже лежит в этих десяти словах. Не надо учить суахили. Не надо помнить термины. Надо просто внимательно посмотреть, что меняется, а что остаётся на месте.

Жанр придумали не вчера: в России он вырос из олимпиад по языкознанию, и самые красивые образцы собирал Андрей Зализняк. Классика лежит в открытом доступе, и если вы втянетесь — вам туда. А пока девять наших задач, от совсем лёгкой до такой, на которой стоит заварить чай.

Честно про сложность: первые три решаются за минуту, последние три потребуют подумать. К девятой вы будете разбирать валлийскую грамматику, о которой десять минут назад не подозревали. Если понравится такой формат, у нас есть ещё языковые загадки — там головоломки другого устройства.

Как к этому подступаться

Три приёма, и больше ничего не нужно.

Ищите, что меняется, а что остаётся. Если во всех формах повторяется один кусок, он и есть носитель смысла, а меняющийся — носитель грамматики.

Сравнивайте пары, которые различаются минимально. Два слова, отличающиеся одной буквой, расскажут больше, чем десять непохожих.

Найдя правило, проверьте его на всех данных сразу, а не на том примере, который вас на него навёл. Половина неверных ответов — это правило, которое работает на трёх словах из шести.

Задача 1. Кто человек, а кто дерево

Даны слова на суахили:

mtu — человек, watu — люди

mtoto — ребёнок, watoto — дети

kitabu — книга, vitabu — книги

kisu — нож, visu — ножи

mti — дерево, miti — деревья

mkono — рука, mikono — руки

Вопрос: даны mgeni — гость и kiti — стул. Как будет «гости» и «стулья»?

Подсказка. Посмотрите на mtu и mti. В единственном числе они начинаются одинаково. А во множественном?

Разбор

wageni и viti.

Множественное число в суахили не прибавляется к слову, а заменяет его начало. Но вариантов замены несколько, и вот тут ловушка: mtu и mti в единственном числе выглядят как близнецы, оба на m-, а во множественном расходятся — watu, но miti. Значит, дело не в форме слова.

Существительные в суахили распределены по классам, и каждый класс имеет свою пару приставок. Классов в языке восемнадцать, в нашей задаче показаны три пары: m-/wa-, ki-/vi- и m-/mi-. Слово mgeni начинается на m-, обозначает человека и ведёт себя как mtu — значит, wageni. Kiti начинается на ki- и получает viti.

Класс отчасти связан со значением, но не сводится к нему, и это стоит знать заранее, если полезете в суахили глубже. В ki-/vi-, где у нас книги и ножи, живут и люди: kipofu — vipofu «слепой», kijana — vijana «юноша». Большинство животных вообще не в классе людей: mbwa во множественном так и остаётся mbwa. А в m-/mi- кроме деревьев и рук попадается, например, mkate — mikate «хлеб».

Красиво тут вот что: суахили заставляет согласовываться с классом всё предложение — глагол, прилагательное, указательное слово. Выбрав неправильную приставку в начале, вы промахнётесь пять раз подряд до конца фразы.

Задача 2. Дом, дома и пять домов

Даны слова и сочетания на индонезийском:

buku — книга, buku-buku — книги

anak — ребёнок, anak-anak — дети

rumah — дом, rumah-rumah — дома

dua buku — две книги

tiga anak — трое детей

Вопрос: как сказать «пять домов», если «пять» — lima? И почему не стоит говорить lima rumah-rumah?

Подсказка. Посмотрите, в каких примерах слово удвоено, а в каких нет, и что стоит рядом в тех, где не удвоено.

Разбор

lima rumah.

Удвоение в индонезийском — это способ сказать «их много». Rumah-rumah — дома, anak-anak — дети. Но заметьте: в dua buku и tiga anak удвоения нет, хотя речь явно не об одном предмете. Потому что количество уже названо числительным, и повторять ту же информацию вторым способом незачем.

Тут нужна оговорка, иначе правило получится жёстче, чем язык. Простое rumah само по себе безразлично к числу — это и «дом», и «дома». Удвоение нужно там, где иначе непонятно, сколько предметов, и заодно может означать «разные, всякие»: rumah-rumah читается и как «разного рода дома». А сочетание числительного с удвоением не то чтобы запрещено — лингвисты до сих пор спорят, грамматично оно или нет, — но в корпусе живой джакартской речи его просто не встречается. Так что «не принято» точнее, чем «нельзя».

Приятный побочный факт: не всякое удвоение про множественность. Kupu-kupu — это «бабочка», одна штука, и слова kupu в языке нет вообще. А mata-mata, от mata «глаз», означает «шпион».

Задача 3. Окончание, которое подстраивается само

Даны слова на турецком:

ev — дом, evler — дома, evde — в доме

kitap — книга, kitaplar — книги, kitapta — в книге

göz — глаз, gözler — глаза, gözde — в глазу

okul — школа, okullar — школы, okulda — в школе

Вопрос: даны kuş — птица и diş — зуб. Как будет «птицы», «в птице», «зубы», «в зубе»?

Подсказка. Здесь два независимых правила, и они про разное: одно смотрит на гласные, другое на согласные.

Разбор

kuşlar, kuşta, dişler, dişte.

Первое правило: множественное число бывает -ler и -lar, и выбор определяет последняя гласная основы. После передних e, i, ö, ü идёт -ler (evler, gözler), после задних a, ı, o, u — -lar (kitaplar, okullar). В kuş гласная u, задняя, значит kuşlar. В diş гласная i, передняя — dişler.

Второе правило: «в чём-то» бывает -de и -te, и тут решают не гласные, а последний согласный. После глухого — глухое -te: kitapta, потому что p глухой. После звонкого — -de: evde, gözde, okulda. В kuş и diş на конце ş, он глухой, отсюда kuşta и dişte. Гласная при этом тоже своё дело делает: kuşta с задней, dişte с передней.

У турок для восьми глухих согласных есть школьная мнемоника — «Fıstıkçı Şahap», «Шахап, торговец фисташками». В имени ровно нужные буквы: f, s, t, k, ç, ş, h, p.

Оговорка на будущее: правило про -ler и -lar работает на исконных словах, а часть заимствований его нарушает. Saat «час» имеет заднюю гласную, но даёт saatler, и kalp «сердце» — kalpler. Таких слов немного, но они есть, и они из самых употребительных.

Задача 4. В дом, в доме, из дома

Даны слова на венгерском:

ház — дом, házban — в доме, házba — в дом, házból — из дома

kert — сад, kertben — в саду, kertbe — в сад, kertből — из сада

Вопрос: даны könyv — книга и doboz — коробка. Как будет «в коробку» и «из книги»?

Подсказка. Сначала разберитесь, чем отличаются три окончания у одного слова. Потом — чем отличается ház от kert.

Разбор

dobozba — в коробку, könyvből — из книги.

Здесь две оси сразу. По горизонтали — три разных значения: «где» (-ban/-ben), «куда» (-ba/-be) и «откуда» (-ból/-ből). По вертикали — два варианта каждого окончания, и выбор между ними определяет ряд гласной в слове. Ház с задней a берёт -ban, -ba, -ból. Kert с передней e берёт -ben, -be, -ből.

Doboz — гласные o, задние, значит «в коробку» это dobozba. Könyv — гласная ö, передняя, значит «из книги» это könyvből.

И вот что интересно: вы только что второй раз за эту статью применили одну и ту же идею. В турецкой задаче окончание подстраивалось под гласную основы, и здесь тоже. При этом венгерский и турецкий — не родственники, их сходство не унаследовано, а придумано независимо.

Устроены системы всё же по-разному. В венгерском есть «нейтральные» гласные i, í, é, которые на выбор окончания обычно не влияют вовсе: papír «бумага» пишется через i, но даёт papírban с задним вариантом. Турецкий смотрит строго на последнюю гласную и никаких нейтральных не знает.

Задача 5. Как грузины считают до девяноста

Даны числительные на грузинском:

ორი (ori) — 2

სამი (sami) — 3

ოთხი (otkhi) — 4

ათი (ati) — 10

ოცი (otsi) — 20

ოცდაათი (otsdaati) — 30

ორმოცი (ormotsi) — 40

ორმოცდაათი (ormotsdaati) — 50

სამოცი (samotsi) — 60

ოთხმოცი (otkhmotsi) — 80

ასი (asi) — 100

Вопрос: как будет 70 и 90?

Подсказка. Сорок — это не «четыре десятка». Посмотрите, из каких слов оно собрано.

Разбор

70 — სამოცდაათი (samotsdaati), 90 — ოთხმოცდაათი (otkhmotsdaati).

Грузинский считает не десятками, а двадцатками. ოცი — двадцать, и это базовая единица. ორმოცი — это ორი (два) плюс ოცი (двадцать), то есть два по двадцать, сорок. სამოცი — три по двадцать, шестьдесят. ოთხმოცი — четыре по двадцать, восемьдесят.

Между множителем и двадцаткой вставляется -მ- (-m-): ორ-მ-ოცი, ოთხ-მ-ოცი. В სამოცი его не видно, но он там есть — просто слился с конечным м слова სამ-.

Промежуточные десятки получаются добавлением და ათი, «и десять»: ოცდაათი — двадцать и десять, тридцать. Дальше по той же схеме: 50 — ორმოცდაათი, 70 — სამოცდაათი, 90 — ოთხმოცდაათი.

Двадцатеричный счёт — не грузинская экзотика. Французское quatre-vingts, восемьдесят, это ровно «четыре двадцатки», и датчане считают так же. Просто во французском следы системы сохранились кусками, а грузинский держит её целиком от двадцати до девяноста. Сотня при этом выпадает из схемы и зовётся своим словом — ასი.

Если понравилось, как устроен грузинский, у нас есть разбор грузинских имён — там своя логика, не менее стройная.

Задача 6. Почему время считают дважды

Даны слова на корейском:

하나 hana — один, 둘 dul — два, 셋 set — три

일 il — один, 이 i — два, 삼 sam — три

세 시 se si — три часа

삼십 분 samsip bun — тридцать минут

3월 samwol — март

Вопрос: «три часа тридцать минут» по-корейски — 세 시 삼십 분. Почему в одной короткой фразе два разных слова для тройки?

Подсказка. Числительных в списке два ряда. Посмотрите, какой ряд оказался рядом с часами, а какой — рядом с минутами.

Разбор

В корейском сосуществуют две полные системы счёта: исконно корейская (하나, 둘, 셋) и пришедшая из китайского (일, 이, 삼). Они не синонимы и не стилистические варианты — они распределены по сферам.

Систему выбирает не говорящий и не само число, а конкретное счётное слово, которое стоит следом. Слово 시 — «час» на циферблате — требует исконных числительных, поэтому «три часа» это 세 시. Слово 분 — «минута» — требует китайско-корейских, поэтому «тридцать минут» это 삼십 분. В одной фразе они мирно соседствуют, и никого это не смущает.

Заодно обратите внимание, что 셋 в сочетании превратилось в 세. Исконные числительные перед счётным словом принимают укороченные формы: 하나 → 한, 둘 → 두, 셋 → 세.

Практическое следствие для изучающего: заучивать два ряда числительных придётся в любом случае, потому что исконные существуют только до девяноста девяти. Всё, что больше, считается китайско-корейскими — других вариантов язык не предлагает.

Как устроена корейская письменность, в которую всё это записывается, — в отдельном разборе про хангыль.

Задача 7. Двойка, которая не двойка

Даны сочетания на китайском:

一本书 yì běn shū — одна книга

三本书 sān běn shū — три книги

一个人 yí ge rén — один человек

两个人 liǎng ge rén — два человека

一张纸 yì zhāng zhǐ — лист бумаги

一只猫 yì zhī māo — одна кошка

Вопрос: «два» по-китайски — 二 èr. Почему тогда «два человека» это 两个人, а не 二个人?

Подсказка. Между числом и предметом во всех примерах стоит лишний, на русский взгляд, иероглиф. Именно он всё и решает.

Разбор

В китайском нельзя поставить число прямо перед существительным — между ними обязательно встаёт счётное слово. Оно своё для разных типов предметов: 本 для книг, 张 для плоского вроде бумаги и столов, 只 для многих животных, 个 — самое общее, подходит почти ко всему.

И вот перед этим счётным словом «два» меняет облик: вместо 二 èr появляется 两 liǎng. Правило простое ровно до тех пор, пока двойка стоит сама по себе. В составных числах возвращается 二: «двенадцать человек» — 十二个人. В порядковых тоже: 第二 — «второй».

Ещё один подводный камень для начинающего — тон у 一. В словаре он записан как yī, но в живой речи меняется: перед слогом четвёртого тона читается yí (一个), перед остальными yì (一本, 一张, 一只). В наших примерах изменённые тоны проставлены специально, чтобы было видно.

И про 只: оно покрывает многих животных, но далеко не всех. Лошадь — 一匹马, корова — 一头牛, рыба — 一条鱼. Счётные слова в китайском приходится учить вместе с существительным, как род в немецком.

Откуда вообще взялись эти знаки и почему они выглядят именно так — в статье про историю упрощения иероглифов.

Задача 8. Три согласных, из которых растёт всё

Даны слова на арабском:

كَتَبَ kataba — он написал

كِتَاب kitāb — книга

كَاتِب kātib — пишущий, писатель

مَكْتُوب maktūb — написанный

مَكْتَب maktab — письменный стол, контора

مَكْتَبَة maktaba — библиотека

Вопрос: дано دَرَسَ darasa — «он учился» и مَدْرَسَة madrasa — «школа». Как будет «изучающий» и «изученный»?

Подсказка. Выпишите из первых шести слов только согласные. Потом сделайте то же с darasa и madrasa.

Разбор

دَارِس dāris — изучающий, مَدْرُوس madrūs — изученный.

Если выписать из шести слов только согласные, во всех окажется одно и то же: k-t-b. Это корень, и он несёт общий смысл — всё, что связано с письмом. А конкретное слово получается, когда корень вставляют в модель: набор гласных плюс, возможно, приставка.

Модель CāCiC даёт «того, кто делает»: kātib — пишущий. Модель maCCūC даёт «того, с кем сделали»: maktūb — написанный. Подставляем в них корень d-r-s, который отвечает за учёбу, и получаем dāris и madrūs.

Про dāris честно оговоримся: в словарях у этого слова есть и совсем другое значение — «стёршийся, обветшалый», от омонимичного глагола. А «студента» в современном арабском обычно называют словом طَالِب ṭālib. Так что модель вы вывели верно, но в живой речи выбрали бы другое слово.

И про maktab с madrasa: они похожи, но это две разные модели — mafʿal и mafʿala, с окончанием -a и без. Обе дают «место, где делают», отсюда «контора» и «школа». Хотя приставка ma- бывает не только у мест: maktūb тому пример.

Как эти корни выглядят на письме и почему арабская вязь устроена именно так — в разборе арабского алфавита.

Задача 9. Его кошка и её кошка пишутся одинаково

Даны сочетания на валлийском:

cath — кошка, ei gath — его кошка, ei chath — её кошка

pen — голова, ei ben — его голова, ei phen — её голова

tad — отец, ei dad — его отец, ei thad — её отец

Вопрос: ci — собака. Как будет «его собака» и «её собака»?

Подсказка. Слово ei в обоих столбцах одно и то же. Значит, различие где-то ещё.

Разбор

ei gi — его собака, ei chi — её собака.

Валлийское ei в обоих значениях пишется одинаково и, что важнее, произносится тоже одинаково. Подвоха в самом местоимении нет. Различие целиком уехало в начало следующего слова.

После «его» работает мягкая мутация, и начальный согласный озвончается: c → g, p → b, t → d. Отсюда gath, ben, dad — и gi от ci.

После «её» работает спирантная мутация, и смычный превращается в щелевой: c → ch, p → ph, t → th. Отсюда chath, phen, thad — и chi от ci.

Русские названия этих мутаций немного сбивают с толку. «Мягкая» — не про мягкость в нашем смысле, там никакой палатализации нет, там озвончение. А «придыхательная», как её иногда называют, не про придыхание вроде [kʰ]: ch в валлийском — это [χ], ph — это [f], th — это [θ].

Две оговорки, чтобы вы не удивились при встрече с живым валлийским. Спирантная мутация затрагивает только c, p и t — перед остальными согласными после «её» слово остаётся как было. И в разговорной речи на юге Уэльса её нередко опускают вовсе, но различие всё равно не теряется: валлийцы ставят после существительного ещё и личное местоимение, ei chath hi — «её кошка».

Валлийский тут, конечно, чемпион по экономии. Притяжательное местоимение вообще не меняется, а работу за него делает соседнее слово.

Если понравилось

Жанр старше, чем кажется: лингвистические олимпиады проводятся в России с 1960-х, и задачи Зализняка до сих пор лежат в открытом доступе — лучшего продолжения мы вам не предложим.

А если хочется того же удовольствия в другом формате, попробуйте палиндромы и анаграммы или посмотрите, сколько вообще языков в мире — там цифра не та, которую обычно называют.